Роддом им грауэрмана в москве адрес

Роддом им грауэрмана в москве адрес

Роддом им грауэрмана в москве адрес

В двух зданиях (современный адрес — Новый Арбат улица, дома 5 и 7 , старый адрес — Большая Молчановка, дома 3 и 5, затем — проспект Калинина, дома 15 и 17) был открыт родильный дом. Дом 7 стал лечебным корпусом , а в доме 5 разместился административный корпус, здания соединены переходом на уровне второго этажа. Точная дата открытия роддома неизвестна, однако в справочнике «Вся Москва» за 1917 год нет родовспомогательных учреждений по этому адресу, а уже 20 ноября 1919 года в роддоме Грауэрмана родился Василий Васильевич Уздеников (и в марте 1921 года — сын Сталина Василий) и в справочнике «Вся Москва» 1922 уже есть Грауерманов Родильный приют по адресу Большая Молчановка, дом 5.

Грауэрман Григорий Львович (1861-1921), московский акушер и крупный организатор дела родовспоможения в Москве. Окончил естественный факультет Петербургского университета и медицинский факультет Московского университета, после чего поступил экстерном в родильный приют при Старо — Екатерининск. больнице и преподавателем фельдшерской школы при ней. В 1898 году стал заведующим этим приютом, значительно расширив его. В то же время он много работал по общей организации родовспоможения в Москве, выступая с докладами в Московском акушерско-гинекологическом об-ве и в целом ряде комиссий при Московской городской управе. В 1907 году под его руководством открыт Лепехинский родильный дом, во главе которого Грауэрман оставался до смерти. В 1910 году открыл единственную и первую в России больницу для послеродовых заболеваний им. Ти-мистера. В своей деятельности Грауэрман убежденно и настойчиво проводил идеи широкой охраны материнства и младенчества, развернуть которые на деле в их новой постановке Грауэрман мог только при советской власти, к которой он пришел одним из первых врачей. Грауэрман скончался в 1921 году в Германии, куда он поехал в отпуск.

Путаница с адресами
Очень много противоречивой информации связано с адресом роддома, а спустя годы перевираемая многими источниками путаница только усиливается. Роддому приписывались 3, 5 и 7 номера по Новому Арбату.
Что на самом деле:
7 — номер дома по Новому Арбату , здание было лечебным корпусом роддома. Также 7 — номер роддома как учреждения
5 — номер дома по Новому Арбату , здание было административным корпусом роддома
3 — дом с этим номером по Новому Арбату НЕ имеет отношения к роддому Грауэрмана

Последний ребенок в родильном доме №7 им.Грауэрмана Киевского районного управления здравоохранения родился предположительно 3 сентября 1990 года.

Здесь родились:
Андрей Миронов
Кир Булычев
Булат Окуджава
Вера Глаголева
Марк Захаров
Александр Збруев
Михаил Державин
Александр Ширвиндт

Родильный дом Грауэрмана запечатлен в фильме «Влюблен по собственному желанию», «Место встречи изменить нельзя».

Думаю, что для многих стало открытием, что многочисленные упоминания в книгах и Интернете о том, что роддом на Молчановке основан Г.Л. Грауэрманом и впоследствии в честь основателя и назван — это заблуждение!

Можно вполне уверенно предположить, что момент организации роддома №7 связан со специальным декретом 1918 года, которым был создан Отдел охраны материнства и младенчества при Народном комиссариате государственного призрения. Этому отделу отводилась главная роль в решении задачи строительства нового здания социальной охраны грядущих поколений.

А особую популярность роддом имени Грауэрмана получил не благодаря Г.Л.Грауэрману, а потому, что был роддомом для жен партноменклатуры, следовательно условия там были гораздо лучше, чем в других медучреждениях.

» Исторический центр столицы рискует лишиться одной из своих легенд. Защитники старой Москвы с грустью наблюдают, как медленно, но верно искажается облик знаменитого роддома имени Грауэрмана на Арбате. Неповторимая атмосфера уникального медучреждения, давшего жизнь не одному поколению москвичей, растворяется под напором бизнес-интересов.

У этого роддома был номер – седьмой – которого не знал никто. И было имя, которое знали все.

Он стал частью городских легенд – родильный дом Грауэрмана, увековеченный братьями Вайнерами. Знаменитое арбатское здание. До революции – частная лечебница, в годы Первой мировой здесь принимали раненых. А после революции – рожениц. Роддом получил имя акушера Григория Грауэрмана.

«Это было одно из самых знаменитых мест в этом районе. Очевидно, Булат Окуджава был один из первых новорожденных», — рассказывает историк, краевед Сигурд Шмидт.

Сигурд Оттович, сын академика Шмидта – всю жизнь прожил на Арбате. На его глазах роддом становился частью истории не только медицины, но и культуры. Здесь на свет появились Кир Булычёв, Марк Захаров, Александр Збруев, Александр Ширвиндт, Михаил Державин. 7 марта 1941-го прямо со спектакля привезли Марию Миронову. Родился сын – Андрей. Вере Глаголевой мама рассказывала, как до Грауэрмана шла пешком.

«От нашего дома на улице Алексея Толстого они с отцом пешком дошли в этот роддом. Мы жили рядом. Я с гордостью говорила: я родилась в центре Москвы, в роддоме имени Грауэрмана», — вспоминает народная артистка России Вера Глаголева.

«Это был кабинет замглавврача по лечебной части, это была приёмная», — идёт вдоль окон Нина Ипатова – главный врач роддома им. Грауэрмана в 1987-1992 годах.

Нина Николаевна называет родильный дом Грауэрмана родным домом. В её трудовой книжке – одно-единственное место работы. Начинала ординатором, закончила главным врачом. Иногда пациентки узнают, останавливают прямо на улице. Одна из них, Оксана, теперь уже Григорьевна – когда-то жила на Малой Бронной. Роддом Грауэрмана был ближайшим. Её мальчику – уже 47.

«У меня родился мальчик, 3500, 49 сантиметров», — говорит Оксана Конышева.

Родиться у Грауэрмана – это был верный признак коренного москвича. Атмосфера уникальная, врачи – вероятно, лучшие. Роддом хоть и занимал два здания, но считался маленьким. Здесь, в доме №5, на втором этаже рожали, а из дверей дома №7 пациенток провожали, уже с пополнением.
Отрезок тогда ещё Калининского проспекта от ресторана «Прага» до Арбатского переулка прежде был территорией молодых отцов. Здесь, на тротуаре, они дежурили, переживали, нервно курили, а потом и кричали, стоя под окнами палат роддома, на всю центральную улицу: Маша, Даша, Настя — ну как? кого родила?

Эти счастливые крики не стихали весь двадцатый век. Роддом Гауэрмана всё пережил – и голод, и войну. Стоял на тихой улице, а оказался на громком проспекте. В 1991-м роддом решили закрыть.

«Конечно, этот дом кому-то понадобился, потому что место такое. Я, конечно, сопротивлялась, но, наверное, не так, как надо было. Но с властью ведь не поспоришь. Была такая кампания развёрнута, что он стоит не на своём месте, что здесь большая трасса», — рассказывает Нина Ипатова.

Нина Николаевна и сегодня вспоминает со слезами, как прощалась с коллективом. И как целый год каждый день сюда приезжала. Верила наивно – роддом вернётся. Но в доме №7 сначала поселилась коммерческая клиника, потом аптека, а к стене накрепко прилип рекламный монстр. А дом №5 стал банком – и вот в очередной раз выставлен на продажу.

— Сколько стоит?
— 15 миллионов долларов
— А ведь там раньше был роддом Грауэрмана.
— Да, давно был, потом было много чего, потом был банк.

Буду ОЧЕНЬ признательна за объективную оценку и обещаю, какой бы она ни была, опубликовать ее в ГП отдельным сообщением.
К сожалению, не могу дать ссылку на тексты, поскольку, как я поняла, это не допускается правилами сайта.

Заранее примите мою искреннюю благодарность: думаю, не я одна заинтересована в объективном взгляде на наше общее прошлое!

Ширвиндту не удалось отстоять роддом Булата Окуджавы, Андрея Миронова и Михаила Державина

ВедьБулат Окуджава, Марк Захаров, Андрей Миронов, Александр Збруев, Александр Ширвиндт, Михаил Державин, Александр Политков­ский, Вера Глаголева родились именно в этом «доме», рядом с рестораном «Прага» на Новом Арбате.

Добротный дом

В конце XIX в. на месте роддома им. Грауэрмана располагалась лечебница со стационаром на 5 кроватей — медицина была неразвита, больных приходило не так много, поэтому больше и не требовалось. Главный четырёхэтажный особняк роддома значился в то время, по разным данным, под номером 3 или 5, был воздвигнут под руковод­ством архитектора Николая Жерихова в 1913-1914 гг. и был тем самым местом, где родились многие жители «приарбатья». Вообще-то особняк этот строил на свои и занятые по друзьям день­ги хирург Пётр Соловов. Сначала он приобрёл участок земли на Большой Молчановке, а затем нашёл хорошего архитектора. На первом этаже Соловов надеялся разместить частную клинику, а на втором планировал поселиться со своей семьёй. Но его мечте не суждено было сбыться. Началась Первая мировая война, и вместо клиники в доме Соловова организовали госпиталь для раненых. А затем большевики и вовсе отобрали у доктора его особняк. И если бы не акушер-гинеколог Григорий Грауэрман, возможно, в экспроприированной собственности какие-нибудь швондеры запели бы про «суровые годы» или партийные лидеры рассказывали бы на собраниях про светлое будущее. Именно Грауэрман предложил организовать в центре Москвы добротный роддом.

Постепенно маленькая клиника на Большой Молчановке превратилась в элитное заведение в центре столицы. Всё было оборудовано, по советским временам, шикарно — новые кровати, всегда чистое бельё, даже свой телефон в палате, персонал весь на подбор. Попасть на роды «к Грауэрману» было непросто для тех, кому не посчастливилось родиться или хотя бы обитать в районе Арбата. Правда, говорят, блатных всё же принимали за дополнительную плату.

7 марта 1941 г. в роддом им. Грауэрмана со спектакля привезли Марию Миронову. Роды были тяжёлые, ребёнка тащили щипцами. Мать Миронова потом не раз вспоминала об этом как об одном из самых тяжёлых моментов в жизни. В письме к мужу из роддома она сообщала, что материнские чувства ещё не проснулись, что её Китаец (так Миронова называла новорождённого сына) напоминает о пережитой боли. Сначала Китайца записали на фамилию Менакер, но потом всё же решили: Миронов будет лучше. Так появился на свет будущий кумир миллионов Андрей Миронов.

Во время войны «у Грауэрмана» оборудовали госпиталь, а в мирное время снова стали свозить рожениц. Особняк был невероятно знаменит в послевоенные годы. Писатели братья Вайнеры задействовали его в одном из эпизодов своего знаменитого романа «Эра милосердия», по которому был снят сериал «Место встречи изменить нельзя». Именно в роддом им. Грауэрмана Володя Шарапов (Владимир Конкин) с девушкой Валей Синичкиной (Наталья Данилова) отвозят брошенного матерью малыша.

В 1973 г. уже жена Андрея Миронова Екатерина Градова попала в дом Грауэрмана. Старожилы Арбата вспоминают, как Андрей Миронов приходил под окна на пятачок от Калининского проспекта до Арбатского переулка, где обычно собирались новоявленные отцы, а потом встречал Градову и новорождённую дочку Машу Миронову с букетом красных роз у дома 7, откуда обычно выпускали счастливых мамаш с младенцами.

А вот маму Веры Глаголевой со схватками буквально довели под руки до порога знаменитого роддома. В то время семья Глаголевых жила неподалёку — на улице Алексея Толстого. Поэтому, когда начались схватки, «скорую» ждать не стали — решили, что быстрее дойдут пешком.

А начиналось всё очень скромно

А начиналось всё очень скромно. Фото с сайта www.1tv.ru

Дышать нечем?

Роддом им. Грауэрмана был закрыт в начале 1990-х гг. С тех пор владельцы зданий не раз менялись, там появлялись то клиники, то коммерческие фирмы, то банки, и атмосфера элитного советского заведения постепенно выветрилась из коридоров и палат легендарного здания на Новом Арбате. «Родильный дом Грауэрмана сейчас, к сожалению, не работает, — вздыхает актёр Михаил Державин. — Когда был построен Новый Арбат, снесли много красивых, историче­ских зданий, а по поводу роддома власти начали говорить: там плохие условия для новорождённых, роженицам там дышать нечем. Наверное, это так, там действительно под окнами постоянно несутся автомобили, и дом стоит на самом задымлённом проспекте Москвы. Но для нас он дорог как здание, которое мы — те, кто в нём родился, — очень хорошо знаем по нашему детству. Сейчас на роддоме водружён самый большой рекламный экран на Новом Арбате. Родильного дома нет, к счастью, сохранилось хотя бы само прелестное здание». «В конце 80-х мы пошли небольшой, но весомой компанией — я, покойный Андрюша Миронов, Марк Захаров, Михаил Державин — отстаивать роддом, когда его собрались закрывать, — рассказывает актёр и режиссёр Александр Ширвиндт. — Но ничего не получилось. Нас слушали, кивали головами и приводили совсем не веские аргументы. Оно и понятно: для того чтобы забрать себе здание в центре Москвы, можно придумать всё что угодно.

«Душно, шумно, противно пахнет, неуютно рожать» — это ерунда. Рожать я там не рожал, но думаю, что делать это везде одинаково, если сделать ремонт, закупить новое оборудование, пригласить хороших врачей. К тому же это всё-таки исторический дом, там масса прекрасных людей родилась. Да, его не разрушили, он стоит как миленький, но от атмосферы, от истории в нём почти ничего не осталось».

galik_123

Совсем недавно, собственно до 90-х годов XX века, в Москве было два родильных дома, связанных с именем Г.Л. Грауэрмана, теперь остался только один — на Покровке. Первым главным врачом этого роддома и был Грауэрман. Другой роддом на Арбате, который знали все москвичи, носил имя Грауэрмана. Каждый москвич стремился появиться на свет в этом роддоме! А жителям Арбата и окрестностей повезло — многие родились в этом знаменитом доме и гордятся этим, хоть это и не их заслуга. (Я в их числе. ) А сейчас не связанные с медициной люди, пожалуй, не смогут назвать полное имя этого человека. Тем более, что на бывшем родильном доме до сих пор нет даже мемориальной доски.

Григорий Львович Грауэрман (1861-1921), московский акушер и крупный организатор дела родовспоможения в Москве, окончил естественный факультет Петербургского университета и медицинский факультет Московского университета, после чего поступил экстерном в родильный приют при Старо-Екатерининской больнице и преподавателем фельдшерской школы при ней. В 1898 году стал заведующим этим приютом, значительно расширив его. В то же время он много работал по общей организации родовспоможения в Москве, выступая с докладами в Московском акушерско-гинекологическом обществеве и в целом ряде комиссий при Московской городской управе. В 1907 году под его руководством открыт Лепёхинский родильный дом, во главе которого профессор Грауэрман оставался до конца своих дней. В 1910 году открыл единственную и первую в России больницу для послеродовых заболеваний. В своей деятельности Грауэрман убежденно и настойчиво проводил идеи широкой охраны материнства и младенчества, к которой он пришел одним из первых врачей. Грауэрман скончался в 1921 году в Германии, куда он поехал в отпуск.
В 1929 году родильный дом и больница на Покровке были преобразованы в Институт охраны материнства и младенчества, сегодня это Московский областной научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии (МОНИИАГ).

1. Нынешний Лепёхинский тупик когда-то был переулком и соединял улицу Покровку с Казарменным переулком. В конце XVIII века часть его была застроена, и переулок превратился в тупик, хотя продолжал называться переулком. Он значился на картах как переулок Тупик, Тупой или Покровский переулок.

2. Самое старое здание Лепёхинского тупика, дом № 22а, строение 1 — усадебный дом купцов Андроновых, построенный в конце XVIII — начале XIX веков, т.е. еще до пожара 1812 года. Свой нынешний облик дом приобрел во второй половине XIX века, когда его фасад был переделан в соответствии с эклектичной архитектурной модой. Его первый этаж был отделан рустом, второй этаж украшен пилястрами ионического ордера.

Фото из Википедии

В 1868 году дочь гвардии ротмистра Елизавета Петровна Милюкова в память о своем дяде, статском советнике Сергее Васильевиче Лепёхине, основала лечебницу, купив для этой цели дом в Тупом переулке. Первоначально лечебница имела стационар на 5 кроватей и амбулаторию.
После смерти Е.П. Милюковой в 1878 году, согласно завещанию, попечительницей лечебницы стала ее племянница П.И. Зворыкина-Карпачёва. Лечебница существовала за счёт доходов с неприкосновенного капитала, завещанного Е.П. Милюковой, и платы за лечение, которую взимали с состоятельных пациентов, в то время как неимущие больные получали лечение бесплатно.
В том же 1878 году лечебница была включена в состав учреждений Александровской общины «Утоли моя печали», которую опекала и патронировала княгиня Н.Б. Шаховская. Управление лечебницей осуществлялось Советом попечителей. Печать лечебницы украшал герб рода Лепёхиных.

3. Домовой храм во имя Сергия Радонежского Чудотворца при родильном доме имени С.В. Лепёхина был построен в 1890 году архитектором А.У. Белевичем. В 1920 году имущество храма определили в действующую сельскую церковь. Само здание, где находился храм, уцелело до наших дней, а вот барабан с главой был снят. Осталось церковное помещение с кокошниками на фронтоне.

В 1903 году Совет общины поставил вопрос о реконструкции лечебницы и поручил архитектору В.И. Мясникову разработать проект комплекса, состоящего из двух каменных зданий: двухэтажного с полуподвалом для больницы и доходного четырёхэтажного дома, который предполагалось сдавать внаём для увеличения притока средств, обеспечивающих материальную базу лечебницы.
В 1906 году, когда заканчивалось строительство корпусов, умерла настоятельница общины княгиня Н.Б. Шаховская и Лепёхинская лечебница перешла в ведение городской управы. Созданная врачебным советом управы комиссия, в состав которой входили акушеры-гинекологи профессора Г.Л. Грауэрман и Л.Н. Варнек, рекомендовала создать на базе Лепёхинской лечебницы родовспомогательное заведение. И уже другой архитектор — Д.В. Шапошников, несколько изменив первоначальный проект, переоборудовал четырёхэтажное здание под родильный дом на 63 койки. Это был в то время самый крупный родильный приют в Москве. Первым главным врачом нового учреждения стал Г.Л. Грауэрман.

4. В 1910 году Г.Л. Грауэрману удалось на средства крупного фабриканта Л.И. Тимистера, завещанные на благотворительные цели, завершить строительство при Лепёхинском родильном доме послеродового инфекционного отделения. Была организована первая в Москве детская консультация с молочной кухней, к которой прикрепляли детей, родившихся в Лепёхинском роддоме. Таким образом, было создано большое комплексное учреждение охраны материнства и младенчества, единственное в то время в России.

Московский городской родильный дом им. статского советника С.В. Лепёхина Городского общественного управления и Больница для послеродовых больных им. Л.И. Тимистера Московской Городской управы

5. Второй знаменитый родильный дом имени Г.Л. Грауэрмана совсем недавно знал каждый москвич. К сожалению, такого роддома уже второе десятилетие как нет. А происхождение его таково. На свои средства, а также на деньги, одолженные у друзей и знакомых, известный московский хирург, дворянин Пётр Дмитриевич Соловов в 1913 году купил в Москве на Большой Молчановке участок земли и построил четырехэтажное здание, в котором собирался открыть хирургическую лечебницу, а на втором этаже жить со своей семьей. Особняк был воздвигнут под руководством архитектора Николая Жерихова в 1913-1914 годах. Но планам семьи Солововых не суждено было осуществиться, началась Первая мировая война, и П. Д. Соловов разместил в своем доме госпиталь. После революции 1917 года здание экспроприировали.

6. В советское время в двух зданиях — в лечебнице, построенной П. Д. Солововым, и в соседнем небольшом особняке Э.М. Федотовой, был открыт родильный дом, которому присвоили имя Грауэрмана. Дом №7 стал лечебным корпусом, а в доме №5 размещалась администрация больницы, здания соединялись переходом на уровне второго этажа. Точная дата открытия роддома неизвестна, однако в справочнике «Вся Москва» за 1917 год нет родовспомогательных учреждений по этому адресу, а уже 20 ноября 1919 года в роддоме Грауэрмана родился Василий Васильевич Уздеников — известный специалист в области отечественной нумизматики, коллекционер, и в марте 1921 года — сын Сталина Василий. В справочнике «Вся Москва» за 1922 год уже есть «Грауэрманов Родильный приют по адресу Большая Молчановка, дом 5».

7. Родильный дом № 7 им. Г. Л. Грауэрмана, в котором появились на свет многие знаменитости уже давно закрыт, но память о нём хранят те москвичи, которые родились в нём. В своё время считалось, что родиться у Грауэрмана — верный признак коренного москвича.

8. Последний ребенок в родильном доме №7 имени Грауэрмана Киевского районного управления здравоохранения родился, предположительно, 3 сентября 1990 года.

9. На боковом фасаде дома в 1973 году был установлен первый в СССР цветной видеоэкран «Элин» на лампах накаливания, современный светодиодный — в 2005 году. А мемориальную доску так до сих пор и не установили.

Ширвиндту не удалось отстоять роддом Булата Окуджавы, Андрея Миронова и Михаила Державина

В конце XIX в. на месте роддома им. Грауэрмана располагалась лечебница со стационаром на 5 кроватей — медицина была неразвита, больных приходило не так много, поэтому больше и не требовалось. Главный четырёхэтажный особняк роддома значился в то время, по разным данным, под номером 3 или 5, был воздвигнут под руковод­ством архитектора Николая Жерихова в 1913-1914 гг. и был тем самым местом, где родились многие жители «приарбатья». Вообще-то особняк этот строил на свои и занятые по друзьям день­ги хирург Пётр Соловов. Сначала он приобрёл участок земли на Большой Молчановке, а затем нашёл хорошего архитектора. На первом этаже Соловов надеялся разместить частную клинику, а на втором планировал поселиться со своей семьёй. Но его мечте не суждено было сбыться. Началась Первая мировая война, и вместо клиники в доме Соловова организовали госпиталь для раненых. А затем большевики и вовсе отобрали у доктора его особняк. И если бы не акушер-гинеколог Григорий Грауэрман, возможно, в экспроприированной собственности какие-нибудь швондеры запели бы про «суровые годы» или партийные лидеры рассказывали бы на собраниях про светлое будущее. Именно Грауэрман предложил организовать в центре Москвы добротный роддом.

Постепенно маленькая клиника на Большой Молчановке превратилась в элитное заведение в центре столицы. Всё было оборудовано, по советским временам, шикарно — новые кровати, всегда чистое бельё, даже свой телефон в палате, персонал весь на подбор. Попасть на роды «к Грауэрману» было непросто для тех, кому не посчастливилось родиться или хотя бы обитать в районе Арбата. Правда, говорят, блатных всё же принимали за дополнительную плату.

7 марта 1941 г. в роддом им. Грауэрмана со спектакля привезли Марию Миронову. Роды были тяжёлые, ребёнка тащили щипцами. Мать Миронова потом не раз вспоминала об этом как об одном из самых тяжёлых моментов в жизни. В письме к мужу из роддома она сообщала, что материнские чувства ещё не проснулись, что её Китаец (так Миронова называла новорождённого сына) напоминает о пережитой боли. Сначала Китайца записали на фамилию Менакер, но потом всё же решили: Миронов будет лучше. Так появился на свет будущий кумир миллионов Андрей Миронов.

Во время войны «у Грауэрмана» оборудовали госпиталь, а в мирное время снова стали свозить рожениц. Особняк был невероятно знаменит в послевоенные годы. Писатели братья Вайнеры задействовали его в одном из эпизодов своего знаменитого романа «Эра милосердия», по которому был снят сериал «Место встречи изменить нельзя». Именно в роддом им. Грауэрмана Володя Шарапов (Владимир Конкин) с девушкой Валей Синичкиной (Наталья Данилова) отвозят брошенного матерью малыша.

В 1973 г. уже жена Андрея Миронова Екатерина Градова попала в дом Грауэрмана. Старожилы Арбата вспоминают, как Андрей Миронов приходил под окна на пятачок от Калининского проспекта до Арбатского переулка, где обычно собирались новоявленные отцы, а потом встречал Градову и новорождённую дочку Машу Миронову с букетом красных роз у дома 7, откуда обычно выпускали счастливых мамаш с младенцами.

А вот маму Веры Глаголевой со схватками буквально довели под руки до порога знаменитого роддома. В то время семья Глаголевых жила неподалёку — на улице Алексея Толстого. Поэтому, когда начались схватки, «скорую» ждать не стали — решили, что быстрее дойдут пешком.

Разные адреса Грауэрмана


Элитный роддом стал офисно-коммерческим комплексом

С родильным домом им. Л.Г. Грауэрмана связана необычная история. Оставаясь на одном и том же месте, он менее чем за сто лет три раза менял адрес прописки.

Родиться в «Грауэрмане» в советские времена считалось верным признаком коренного москвича. В те годы в самом известном роддоме столицы трудились лучшие медики. Неудивительно, что здесь появилось на свет столько знаменитостей, что можно покрыть мемориальными досками весь фасад. Среди них – сын Иосифа Сталина Василий, писатель Кир Булычев, артисты Михаил Державин, Александр Збруев, Андрей Миронов, Александр Ширвиндт, режиссер Марк Захаров, поэт, прозаик и бард Булат Окуджава и многие другие.

Объясняя, как найти дома № 7 и 5 по Новому Арбату, обычно добавляют: «Там, где бывший роддом Грауэрмана». Хотя самого родильного дома давно не существует, его адрес известен многим. Здание было построено в 1913 году по проекту известного архитектора эпохи модерн Николая Жерихова и значилось как дом № 5 на Большой Молчановке. После Первой мировой тут открылся роддом. В 1919 году к зданию роддома № 7 присоединили расположенный по соседству особняк Эмилии Федотовой, спроектированный ее мужем – архитектором и гражданским инженером Сергеем Федотовым. Необычный, напоминающий сказочный замок с башенками и зубцами, он выделялся из окружающей застройки. Его перестроили, упростив внешний вид, и связали с лечебным корпусом крытым переходом.

Маленькая клиника на Большой Молчановке быстро превратилась в элитное заведение в , – отмечали врачи. Но попасть на роды к «Грауэрману» будущим мамам было практически невозможно, если они не проживали в районе Арбата или не занимали соответствующее положение в обществе.

«Это был один из самых знаменитых роддомов в Москве. Одним из первых его новорожденных стал Булат Окуджава», – рассказывает историк Сигурд Шмидт (сын известного путешественника и академика Отто Шмидта).

7 марта 1941 года прямо со спектакля сюда привезли актрису Марию Миронову, у которой на следующий день родился сын – Андрей. А 1973-м сам Андрей Миронов у дверей роддома встречал с букетом красных роз жену Екатерину Градову (радистку Кэт из «Семнадцати мгновений весны») и новорожденную дочь Машу.

Писатели братья Вайнеры описали роддом в одном из эпизодов своего знаменитого романа «Эра милосердия», по которому снят сериал «Место встречи изменить нельзя». Именно сюда главный герой Володя Шарапов с девушкой Варей Синичкиной привозят оставленного матерью малыша.

В 1968 году, когда через Арбат проложили правительственную трассу, Калининский проспект отнял в свою пользу часть улицы Большая Молчановка, и роддом поменял место прописки. Его корпусам, расположенным теперь на оживленном Калининском проспекте, присвоили номера 15 и 17. При этом главное четырехэтажное здание надстроили еще двумя.

На боковом фасаде главного здания роддома, выходящего на Калининский проспект, в 1973 году был установлен первый в стране видеоэкран. Это дало повод телевизионным знаменитостям, появившимся на свет в роддоме № 7, шутливо утверждать, что огромный экран – мемориальная доска в их честь.

В середине 80-х систему модернизировали, а работа экрана была показана в фильме режиссера Павла Лунгина «Такси-блюз», где главную роль – музыканта Лехи Селиверстова – исполнил кумир молодежи рок-музыкант Петр Мамонов. В 2005 году экран в очередной раз заменили – на светодиодный, который не являлся уникальным.

В 1991-м роддом закрыли.

Новейшая жизнь роддома складывалась по-разному. Владельцы здания менялись. Одно время большую его часть занимал платный медицинский центр, на смену которому пришли банки, коммерческие фирмы. Атмосфера элитного заведения постепенно выветрилась из коридоров и помещений легендарных зданий, что не помешало признать и дом № 7 (частную клинику доктора Петра Соловова), и пристроенный к нему дом № 5 (особняк Эмилии Федотовой) выявленными объектами культурного наследия, имеющими свои исторически сложившиеся территории.

Дышать нечем?

Роддом им. Грауэрмана был закрыт в начале 1990-х гг. С тех пор владельцы зданий не раз менялись, там появлялись то клиники, то коммерческие фирмы, то банки, и атмосфера элитного советского заведения постепенно выветрилась из коридоров и палат легендарного здания на Новом Арбате. «Родильный дом Грауэрмана сейчас, к сожалению, не работает, — вздыхает актёр Михаил Державин. — Когда был построен Новый Арбат, снесли много красивых, историче­ских зданий, а по поводу роддома власти начали говорить: там плохие условия для новорождённых, роженицам там дышать нечем. Наверное, это так, там действительно под окнами постоянно несутся автомобили, и дом стоит на самом задымлённом проспекте Москвы. Но для нас он дорог как здание, которое мы — те, кто в нём родился, — очень хорошо знаем по нашему детству. Сейчас на роддоме водружён самый большой рекламный экран на Новом Арбате. Родильного дома нет, к счастью, сохранилось хотя бы само прелестное здание». «В конце 80-х мы пошли небольшой, но весомой компанией — я, покойный Андрюша Миронов, Марк Захаров, Михаил Державин — отстаивать роддом, когда его собрались закрывать, — рассказывает актёр и режиссёр Александр Ширвиндт. — Но ничего не получилось. Нас слушали, кивали головами и приводили совсем не веские аргументы. Оно и понятно: для того чтобы забрать себе здание в центре Москвы, можно придумать всё что угодно.

«Душно, шумно, противно пахнет, неуютно рожать» — это ерунда. Рожать я там не рожал, но думаю, что делать это везде одинаково, если сделать ремонт, закупить новое оборудование, пригласить хороших врачей. К тому же это всё-таки исторический дом, там масса прекрасных людей родилась. Да, его не разрушили, он стоит как миленький, но от атмосферы, от истории в нём почти ничего не осталось».

Отрывок, характеризующий Грауэрман, Григорий Львович

– Но что за необычайная гениальность! – вдруг вскрикнул князь Андрей, сжимая свою маленькую руку и ударяя ею по столу. – И что за счастие этому человеку! – Buonaparte? [Буонапарте?] – вопросительно сказал Билибин, морща лоб и этим давая чувствовать, что сейчас будет un mot [словечко]. – Bu onaparte? – сказал он, ударяя особенно на u . – Я думаю, однако, что теперь, когда он предписывает законы Австрии из Шенбрунна, il faut lui faire grace de l’u . [надо его избавить от и.] Я решительно делаю нововведение и называю его Bonaparte tout court [просто Бонапарт]. – Нет, без шуток, – сказал князь Андрей, – неужели вы думаете,что кампания кончена? – Я вот что думаю. Австрия осталась в дурах, а она к этому не привыкла. И она отплатит. А в дурах она осталась оттого, что, во первых, провинции разорены (on dit, le православное est terrible pour le pillage), [говорят, что православное ужасно по части грабежей,] армия разбита, столица взята, и всё это pour les beaux yeux du [ради прекрасных глаз,] Сардинское величество. И потому – entre nous, mon cher [между нами, мой милый] – я чутьем слышу, что нас обманывают, я чутьем слышу сношения с Францией и проекты мира, тайного мира, отдельно заключенного. – Это не может быть! – сказал князь Андрей, – это было бы слишком гадко. – Qui vivra verra, [Поживем, увидим,] – сказал Билибин, распуская опять кожу в знак окончания разговора. Когда князь Андрей пришел в приготовленную для него комнату и в чистом белье лег на пуховики и душистые гретые подушки, – он почувствовал, что то сражение, о котором он привез известие, было далеко, далеко от него. Прусский союз, измена Австрии, новое торжество Бонапарта, выход и парад, и прием императора Франца на завтра занимали его. Он закрыл глаза, но в то же мгновение в ушах его затрещала канонада, пальба, стук колес экипажа, и вот опять спускаются с горы растянутые ниткой мушкатеры, и французы стреляют, и он чувствует, как содрогается его сердце, и он выезжает вперед рядом с Шмитом, и пули весело свистят вокруг него, и он испытывает то чувство удесятеренной радости жизни, какого он не испытывал с самого детства. Он пробудился… «Да, всё это было!…» сказал он, счастливо, детски улыбаясь сам себе, и заснул крепким, молодым сном. На другой день он проснулся поздно. Возобновляя впечатления прошедшего, он вспомнил прежде всего то, что нынче надо представляться императору Францу, вспомнил военного министра, учтивого австрийского флигель адъютанта, Билибина и разговор вчерашнего вечера. Одевшись в полную парадную форму, которой он уже давно не надевал, для поездки во дворец, он, свежий, оживленный и красивый, с подвязанною рукой, вошел в кабинет Билибина. В кабинете находились четыре господина дипломатического корпуса. С князем Ипполитом Курагиным, который был секретарем посольства, Болконский был знаком; с другими его познакомил Билибин.

Роддом имени Грауэрмана

видео Роддом имени Грауэрмана

Родильный дом № 7 имени Г.Л. Грауэрмана Большая Молчановка дома номер 5 и 7, а после Калининский проспект дом 15 и 17 — адрес, который был знаком каждому москвичу. Находящийся на Арбате недалеко от знаменитого ресторана «Прага», он и сейчас стоит в начале Калининского проспекта. Но сегодня уже не увидишь лиц счастливых мам в его окнах. Здание, находящееся в самом центре столицы нерентабельно использовать в качестве роддома.


Настя: экскурсия по Москве — роддом Грауэрмана

В конце девятнадцатого века в Москве на Арбате на месте роддома им. Грауэрмана находилась небольшая больница. Здание воздвигли в 1914 году под руководством и на деньги известного хирурга Петра Соловова по проекту архитектора Николая Жерихова. Врач планировал разместить на первом этаже небольшую клинику, а на втором жить вместе с семьёй. Но началась первая мировая война и в помещениях клиники организовали военный госпиталь. А после революции здание и вовсе национализировали. Тогда-то и появилась идея создать в этом здании роддом, возглавил который врач-акушер Григорий Грауэрман.


Дарья Вильке рассказывает о своей новой книге «Мусорщик»

Сейчас нам трудно представить, что такое элитный роддом по-советски. Но это был именно такой роддом. На Большой Молчановке всё было организовано на высшем уровне: лучшие врачи, отличное оборудование, удобные кровати для рожениц и даже телефоны в палатах — неслыханная роскошь! В доме № 5, на втором этаже рожали, а в доме № 7 производилась выписка мам и их детей. Стоит ли говорить, что «рожать у Грауэрмана» хотели многие. Но, чтобы попасть в этот роддом нужно было или жить в районе Арбата или иметь очень хорошие связи.

«Звёздные дети» роддома им. Грауэрмана — это отдельный рассказ. Одним из первых таких новорожденных стал Булат Шалвович Окуджава. На свет он появился 9 мая 1924 года. А ещё здесь родились: Кир Булычёв, Александр Збруев, Александр Ширвиндт, Михаил Державин, Вера Глаголева. 8 марта 1941 года в роддоме у мамы Марии Мироновой родился мальчик, которого назвали Андрей. А в 1973 году уже сам Андрей Миронов встречал свою жену Екатерину Градову, родившую ему дочь Машу.

Роддом пережил Великую Отечественную войну. Было тяжело, но по-настоящему «тяжёлые» времена начались уже после войны. Сначала, когда было принято решение о реконструкции Арбата. Роддом все время до этого находившийся на тихой улочке оказался непосредственно на Калининском проспекте. Это стало одним из основных официальных доводов в 1991 году, когда решили роддом закрыть. Желающих занять здание, находящееся в 10 минутах от Кремля, видимо, было достаточно. Дом переходил из одних рук в другие. Сначала здесь была коммерческая клиника, потом аптека, банк, офисы.

Дома и по сей день стоят на своём историческом месте. А вот роддом Грауэрмана канул в лету вместе с историческим Арбатом и о его славном существовании уже ничто не напоминает.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector